Разведчица Елена Вавилова: главное – человеческий фактор

О влиянии новых технологий на работу разведчика и о причинах медицинского коллапса в Америке рассказала главному редактору "Правды.ру" Инне Новиковой полковник Службы внешней разведки Российской Федерации в отставке, больше 20 лет проработавшая разведчиком-нелегалом Елена Станиславовна Вавилова.

Разведчица: Как женщины выведывают тайны?

Читайте начало интервью:

Человеческий фактор

— Какие процессы могут предусмотреть службы разведки?

— Развитие процессов в политике, геополитике. Это как раз то, что называют человеческим фактором. Многие сомневаются, нужна ли сейчас разведка и будет ли она актуальна в будущем, с развитием технологий.

Зачем отправлять людей, когда всё можно из космоса посмотреть и иметь любые данные по передвижению воинских частей.

Конечно, технологии развиваются и они где-то дают больше информации. Но при этом создание самой технологии в любом случае исходит от человека. И как раз разведка главным образом работает с людьми. И люди, которые создают ту или иную технологию или принимают то или иное политическое решение, являются первоисточниками. Поэтому, мне кажется, человеческий фактор никуда не уйдёт. Хотя, безусловно, технологии очень повлияли на жизнь разведчиков:

  • с одной стороны, облегчают работу,
  • с другой стороны, вносят определённые проблемы.

Например, в нелегальной разведке мы ездили под другими именами и с другими паспортами. Иногда мы даже их меняли, то есть сегодня были людьми одной национальности, завтра — другой.

Если нужно было пересечь несколько границ, то паспорта могли легко меняться. Сейчас такое предположить уже невозможно, потому что есть биометрические данные — отпечатки пальцев, зрачок.

Нужно искать новые выходы из этого положения.

Если есть перспективные разработки по искусственному интеллекту, естественно, разведка должна попытаться добыть конкретные сведения, насколько данные разработки продвигаются в той или иной стране, для того чтобы либо создать что-то подобное у нас, либо, по крайней мере, иметь это в виду.

Сегодня я прочитала, что в США разрабатывают маску, которая будет изменять цвет, если на неё попадают частички коронавируса. Думаю, какое-то время о ней не хотели говорить. Представьте, какая цепочка может развиться. Эти маски будут явным индикатором, и на человека будут показывать пальцем, что он больной.

Практически то же самое, что предложение ввести эпидемиологические паспорта и разделить людей на тех, у кого есть антитела, и тех, у кого нет. Даже было предложение при пересечении границы впускать только людей, обладающих антителами.

— Тут всё очень неоднозначно, потому что буквально сегодня вышла новость о том, что люди с антителами заразные и должны сидеть дома в режиме самоизоляции. Всё меняется.

— Вот видите. С коронавирусом мы открыли чистую страницу. И очень много информации о нём будет ещё появляться, обсуждаться. И всё это каким-то образом повлияет на нашу последующую жизнь.

Медицина в США — это бизнес

— Вы прожили двадцать лет как гражданка США, потом гражданка Канады. То, что в Америке огромное количество заболевших, большие проблемы с медициной, чуть ли не братские могилы, полный коллапс в больницах, — для нас это удивительно и непонятно. Почему в Америке такое происходит?

— Эпидемия обнажила и обострила многие процессы во всех странах, и особенно в США. Это достаточно сильная страна во многих отношениях. Там очень много положительного, что и нам не мешало было бы оттуда взять и применить к нашему обществу.

Американцы очень хорошие предприниматели, у них это в крови, воспитывается с детства. Это, пожалуй, единственная страна, где все завязано на бизнесе. И в том числе здравоохранение тоже бизнес. Поэтому, мне кажется, влияние государства на медицину было минимальным, и государство не смогло справиться с тем масштабом эпидемии, которая их захлестнула. Мне видится несколько факторов, почему так получилось в Америке.

Главная причина в том, что здравоохранение в США поставлено на деловую основу и действует как бизнес. То есть они не людям помогают, а зарабатывают деньги.

Здравоохранение достаточно эффективное, но оно в основном для тех, у кого есть средства. Оно существовало в таких пропорциях, в каких было необходимо, то есть люди могли заплатить за лечение либо страховые компании его оплачивали, и система справлялась. У них очень высококвалифицированная медицина. Если у человека есть деньги, чтобы оплатить то или иное исследование или операцию, ему всё сделают.

Проблема в том, что здравоохранение завязано на страховке, и страховые компании постоянно контролируют расходы. Поэтому во время эпидемии постоянно случались какие-то нестыковки.

Бывает, что у человека по страховке оплачивается скорая помощь в одном учреждении, а лечение в другом. И пока не согласуют между страховками всю оплату, человека даже не начинают лечить.

Кроме того, количество врачей на единицу населения в США достаточно небольшое. Они высококвалифицированные, но на десять тысяч американцев приходится примерно 25 врачей, тогда как в России это количество составляет порядка 43 докторов. Самая передовая страна по количеству врачей на человека — Катар. Там 77 врачей на десять тысяч населения. Близкие к этому показатели у Кубы.

Беседовала Инна Новикова

К публикации подготовила Марина Севастьянова