Две звезды Григория Сивкова

Приютилась к Великому Сибирскому тракту уральская деревенька по имени Мартыново. Тракт велик, деревенька мала — всего-то три десятка дворов, а известность у нее на всю округу.

Сюда по праздничным дням, трубя клаксонами, мчат свадебные кортежи. Молодожены возлагают цветы к постаменту, на котором возвышается бюст отважного земляка-летчика, увенчанного Родиной за подвиги на войне с фашистами двумя Золотыми Звездами.

В многодетной семье Веры Федоровны и Флегонта Дмитриевича Сивковых из восьми детей двое — Евгений и Григорий — в войну сражались с фашистами. Оба показали себя в боях храбрецами. Особо прославить родную деревню выпало на долю Григория.

Начало войны летчик-штурмовик младший лейтенант Гриша Сивков встретил в Молдавии, в Чадыр-Лунге. В первый день войны налетевшие на аэродром фашисты сожгли все наши самолеты, и боевые штурмовики на время остались “безлошадными”. Впрочем, самолеты те, дело прошлое, и не так уж жалко — были они из фанеры, обтянутой тканью.

Последний день войны застал Григория в Австрии, на полевом аэродроме у деревни Гетцендорф, близ Вены. Родина праздновала Победу, а его полку был отдан боевой приказ на штурмовку фашистских колонн, удиравших от Советской Армии к американцам. И три пятерки Ил-2, ведомых штурманом 210-го Севастопольского авиационного полка майором Сивковым вылетела в предгорье Альп...

А между Чадыр-Лунгом и Гетцендорфом пролегли почти четыре равные не одной жизни года. И были у Сивкова тяжкие месяцы отступления от границы через юг Украины, через Донбасс аж до сталинградских степей. Потом оборона Кавказа, разящие штурмовые удары на “Голубой линии”, при освобождении будущих советских городов-героев Новороссийска, Керчи, Севастополя. И стремительный затем натиск 2-го и 3-го Украинских фронтов, освободивших от фашистов Украину, Молдавию, выбивших из войны союзницу фашистов — Румынию. И дальше, без права на передышку, краснозвездные штурмовики 210-го сражаются в небе Болгарии, Югославии, Венгрии, Австрии...

Профессия летчика у нас по праву считается героической. Профессия летчика-штурмовика героическая вдвойне. Каждый боевой вылет на штурмовку войск противника на поле боя, где даже винтовочная пуля способна оборвать жизнь летчика, атака объектов в ближнем вражеском тылу, защищенных системой зенитного огня, — это ли не постоянная игра со смертью.

Весной 1942 года в течение одного месяца боевые потери в полку составили 19 самолетов. Лишь один самолет остался “в живых”. И когда летчиков отправили в тыл за новой техникой, на станции Насосной, под Баку, в ожидании переправы до Красноводска (в Куйбышев за самолетами ехали кружным путем — через Ташкент) собралось 20 “безлошадных” полков. Круглыми сутками стояла очередь на пищеблоке, бывало лишь к полуночи счастливчики получали обед. Война...

И еще один факт из исторического формуляра полка. За годы войны в нем четырежды сменился летный состав. Такая вот сохранилась статистика: 220 человек потерял в боях авиаполк. Из них 20 инженерно-технический состав, а 200 — летный.

А что же Сивков? 247 боевых вылетов на штурмовку врага. Внушительная цифра игры со смертью. И не разу, представьте, Сивков не был сбит. Подбивали — да! Случалось. Увы, не единожды. Приходилось пять раз садиться на вынужденную. В рубашке, говорили, знать, родился, все как с гуся вода.

Сентябрь сорок третьего. “Голубая линия” прорвана, и наши войска гонят фашистов к Керченскому проливу. 17 сентября. Не успели приземлиться в станице Славянской, как поступил приказ: четверке под командованием комэска Григория Сивкова вылететь на штурмовку вражеских эшелонов за линией фронта — на станции Джигинская. В составе группы экипажи Александра Маркова, Николая Калинина, Николая Антонова.Миновали линию фронта. Ни истребителей, ни зениток.

Вот и станция. Эшелоны на путях Как и было условлено, стремительный удар с прямой. Бомбы, эрэсы с малой высоты. Разворот на 180 градусов, и прицельные очереди из пушек. А зенитки молчат. Еще один заход для повторной атаки. И вдруг со всех сторон осатанелые очереди эрликонов — 20-миллиметровых зенитных автоматических пушек. Красные пунктиры снарядов строчат воздух. Сбит Антонов. На выходе из атаки снаряд угодил и в самолет Сивкова.

В кабину с вихревым потоком хлынула кипящая вода. Пробило систему охлаждения? Но мотор все еще работает. Надолго ли его хватит? Сейчас перегреется, заклинит... А до линии фронта идти не менее полусотни километров. Недотянуть...

Решил повернуть к Кубани и там, в пойме, поближе к камышам посадить раненую машину. Оглянулся: Калинин с Марковым идут следом за командиром, как в строю. Вот и подходящая площадка. Мотор еле тянет. Сбросил газ. Выпустил посадочные щитки, шасси решил не выпускать. Машину жалеть нечего — на вражеской территории можно садиться на фюзеляж. Все обошлось. Только искры из глаз, сухой металлический скрип да облако пыли над фонарем кабины.

— Жив, Степан Иванович? — крикнул воздушному стрелку Пластунову. — Быстро из машины и в камыши, пока фашисты не спохватились.

Над головами проносятся самолеты Маркова и Калинина. Калинин возвращается, а в стороне, где скрылся Марков, раздались пушечные выстрелы.— Калинин идет на посадку, — доложил Пластунов Григорию.

— Вижу, — отозвался тот.

И, повернув от камышей, оба припустились навстречу Калинину. Николай летчик отменный, но и ему не удается совершить посадку.. Не рассчитал. Площадка очень мала. Уходит на второй круг. И еще четырежды заходил летчик на посадку. И Григорий со Степаном всякий раз метались то к камышам, то обратно. А в той стороне, где только что слышались пушечные выстрелы, раздались пулеметные очереди и донесся гул иловского мотора. Четырехметровая камышовая стена прятала от глаз все происходящее там.

Наконец Николай удачно посадил свою машину. Снова марш-бросок от камышей. И вдруг справа от самолета взрыв мины: фашисты засекли летчиков и открыли огонь из миномета. Разрывы все ближе и ближе.Пока Григорий со Степаном бежали к самолету Калинина, его воздушный стрелок Леонид Татаренко успел поджечь самолет Сивкова.

Николай освободил место в своей кабине.

— Сами будете взлетать, командир?

— Сам.

Два воздушных стрелка и Николай втроем еле втискиваются во вторую кабину. Комэск Сивков выруливает на взлет. Узенькая полоска. С одной стороны — стена камыша, с другой — воронки от разрывов мин. На аэродроме в Славянской Сивков обнял и расцеловал спасителя.— Спасибо, друг. Подарил ты мне, Коля, второй день рождения. И Степану — тоже.Тогда же узнал Григорий, что пушечно-пулеметную пальбу вел Саша Марков. Не дал фашистскому грузовику с солдатами пробиться к сбитому самолету комэска.

4 февраля 1944 года за высокий подвиг Николаю Калинину было присвоено звание Героя Советского Союза. Но Николая тогда уже не было в живых. Герой погиб в одном из боев. Впрочем, тем же указом геройского звания был удостоен и Григорий Сивков. В канун армейского праздника командир дивизии вручил ему первую Золотую Звезду. Второй он был награжден ровно через год за подвиги в боях за взятие Будапешта.

И еще одну величайшую награду дала ему жестокая война. Она одарила его светлой любовью. Встретил однажды на соседнем аэродроме летчицу Катюшу Рябову из знаменитого женского полка майора Бершанской. Молодые люди полюбили друг друга. Изредка встречались, писали письма, а в июне сорок пятого Герой Советского Союза Екатерина Рябова и дважды Герой Григорий Сивков стали женой и мужем.

Свадьбу играли в родительском доме у Сивковых. Три дня лихо гуляла уральская деревенька Мартыново. А вскоре там был открыт бюст дважды Героя, и молодожены приезжают поклониться отважному земляку, испросить у него благословения на семейное счастье.

Много воды утекло с той давней поры. У Сивковых выросли две дочери. У них свои семьи, растут шестеро внуков Георгий Флегонтович окончил Военно-воздушную академию имени Жуковского. Стал генералом, военным ученым. Долго еще продолжал летать. Освоил пилотирование вертолетом, реактивным истребителем. Однако годы дали о себе знать. Вышел в отставку. Но продолжает трудиться в своей академии. Катюша, преподаватель МГУ, увы, не дожила до этих дней. Но первым внукам, диссертации мужа, многочисленным научным работам, книге его воспоминаний о войне, о боевых побратимах, как и садовому участку близ подмосковного Нахабино, и другим милым семейным событиям она успела порадоваться...В новой семье генерала чтут память о незабвенной Катюше.

Василий ИЗГАРШЕВ.

На снимке: Григорий Флегонтович Сивков.

Автор Василий Изгаршев
Василий Изгаршев — полковник, военный обозреватель газеты "Правда", автор сотен очерков о буднях Советской армии и Военно-морского флота
Обсудить